В российском законодательстве могут произойти масштабные изменения, касающиеся критериев тяжести имущественных преступлений. Министерство юстиции РФ инициировало пересмотр сумм, которые определяют крупный и особо крупный размеры хищений. Согласно предложенной инициативе, планку крупного ущерба планируется поднять с нынешних 250 тысяч до 1,5 млн рублей, а порог особо крупного размера — с 1 млн до 6 млн рублей.
О необходимости таких реформ заявила директор департамента уголовного и административного законодательства Минюста Мария Джоусе-Иванина на круглом столе в Совете Федерации. По ее словам, действующие нормы, многие из которых не обновлялись более двух десятилетий, безнадежно устарели. Текущие экономические реалии превратили уголовное преследование в инструмент борьбы с деяниями, которые фактически не несут серьезной общественной угрозы.
В качестве иллюстрации абсурдности ситуации Мария Джоусе-Иванина привела несколько резонансных случаев. В 2025 году мужчину привлекли к уголовной ответственности за вырубку двух елей и двух осин, нанесших ущерб всего в 6 тысяч рублей. Несмотря на то что апелляция и кассация поддержали приговор, только Верховный суд постановил: такие действия не обладают достаточной общественной опасностью для уголовного дела. Другой пример касается женщины, которая в 2021 году покинула магазин, не оплатив покупки на сумму 3642 рубля. Даже при ее готовности немедленно расплатиться, дело было прекращено лишь после вмешательства Верховного суда, который указал на отсутствие состава преступления.
Основным аргументом ведомства стала колоссальная инфляция. По оценкам Минюста, по ряду статей накопленный рост цен превысил 400%, в то время как критерии статьи 158 УК РФ не корректировались с 2003 года. При этом Мария Джоусе-Иванина подчеркнула, что одного учета инфляции недостаточно — при принятии решения важно опираться на позицию правоохранителей и реальную степень опасности преступления. Ведомство уже имело успешный опыт подобных корректировок: в 2024 году при повышении порогов для предпринимательского мошенничества с 10 тысяч до 250 тысяч рублей уровень преступности не вырос, зато 28% таких случаев перешли в разряд административных правонарушений.
Министерство юстиции также поддерживает инициативу МВД по смягчению ответственности за мелкие кражи. Предлагается поднять порог мелкого хищения с 2,5 тысяч до 5 тысяч рублей, а планку ущерба, причиненного гражданину, — до 10 тысяч рублей. Сейчас повторное совершение мелкой кражи может обернуться реальным тюремным сроком до года, что, по мнению Марии Джоусе-Иваниной, несоразмерно затратам государства на расследование и самой тяжести проступка.
В дискуссии высказался и представитель адвокатского сообщества. Вице-президент Федеральной палаты адвокатов Нвер Гаспарян предложил пойти еще дальше: поднять пороги для особо крупного размера хищения и взятки с 1 млн до 10 млн рублей. Он напомнил, что в 2003 году средняя зарплата в стране составляла около 5,5 тысяч рублей, а сегодня она перешагнула отметку в 100 тысяч. По оценкам Нвера Гаспаряна, доходы населения выросли в 20 раз, и нынешние нормы превращают «особо крупный размер» в сумму, которую курьер или водитель московского транспорта может заработать всего за несколько месяцев.
Однако Генпрокуратура заняла более консервативную позицию. Представитель ведомства Ирина Позднякова заявила, что оснований для резкого повышения планок по взяточничеству пока недостаточно. Она отметила, что средний размер взятки в период 2024–2026 годов колеблется в районе 1 млн рублей, что ниже показателей 2017 года (2 млн рублей) и 2018 года (1,3 млн рублей).
Ирина Позднякова также привела статистику, указывающую на рост коррупционных дел: если в 2018–2020 годах ежегодно фиксировалось около 30 тысяч таких эпизодов, то в 2025 году их число перевалило за 43 тысячи, а по итогам девяти месяцев 2026 года рост составил еще 2,5%. При этом структура преступлений меняется: доля взяточничества в крупных и особо крупных размерах выросла с 19% в 2017 году до нынешних 32,5%, тогда как мелкое взяточничество практически сошло на нет. В Генпрокуратуре объясняют это смещением фокуса правоохранителей на борьбу с коррупцией в оборонно-промышленном комплексе и при реализации национальных проектов, а также высокой латентностью коррупционных деяний.
