Группа экспертов в области налогового уголовного права поставила под сомнение правомерность следственных действий, проводимых в Германии в отношении российского миллиардера Алишера Усманова. В аналитическом заключении трех профильных специалистов, копия которого попала в распоряжение издания Welt, содержится аргументация в пользу того, что текущее разбирательство по подозрению в уклонении от налогов сопровождается процедурными нарушениями и подлежит немедленному закрытию.
Контекст дела осложняется тем, что ранее Европейский союз исключил Алишера Усманова из санкционных перечней. На протяжении двух лет с 2022 года предприниматель оспаривал в судах блокировку своих активов и запреты на перемещение. В конечном итоге Федеральный верховный суд Германии встал на сторону бизнесмена. Большинство аналогичных процессов против него на территории страны были завершены, в ряде случаев — после внесения выплаты в размере 10 миллионов евро. Тем не менее, текущее преследование по налоговой линии всё еще остается в силе.
Согласно выводам экспертов, триггером для активности правоохранителей послужил анонимный сигнал, направленный в Федеральное ведомство уголовной полиции Германии (BKA). Примечательно, что в этом обращении содержались подозрения в обходе санкций, а не в налоговых махинациях, при этом личность фигуранта в тексте сообщения не была идентифицирована.
Процесс поиска доказательств столкнулся с юридическими препятствиями еще на ранних этапах: когда следственный судья отклонил запрос на проведение обыска у Алишера Усманова из-за дефицита веских обоснований, правоохранители были вынуждены перенаправить обращение в другой районный суд.
Специалисты также обратили внимание на критическую неопределенность в оценке финансовых претензий: сумма предполагаемых недоимок колеблется в материалах дела в колоссальном диапазоне — от миллионов до миллиардов евро. По мнению авторов заключения, следствие не смогло предъявить ни доказательную базу, ни логически обоснованные объяснения своих позиций. В качестве косвенных улик ведомства используют факт проживания в гостиницах, использование арендованного транспорта и наемного персонала, а также договоры аренды. При этом московский адрес Алишера Усманова был исключен из перечня мест, определяющих его «жизненную среду», основываясь лишь на данных сервиса Google Street View.
В заключении подчеркивается, что следственные органы проигнорировали ряд фактов, способных оправдать бизнесмена. К ним относятся сведения о налоговом резидентстве от немецкого налогового управления, российская налоговая документация, показания свидетелей и визовые записи. В международной судебной практике подобные попытки уже получали жесткую оценку: один из зарубежных судов квалифицировал запрос немецких властей как «fishing expedition» — то есть необоснованный и бесцельный поиск улик без первичных подозрений. В другом инциденте европейские власти пытались выдать за доказанные факты утверждения, которые еще не прошли проверку следствием.
Отдельного внимания заслуживает вопрос соблюдения сроков и принципа соразмерности. В ходе обысков было изъято около тысячи папок с бумагами и массивы данных объемом в несколько терабайт. Предварительный анализ этого объема занял четыре года, что, по мнению экспертов, нарушает правовые нормы. Защита Алишера Усманова получила доступ к материалам дела лишь спустя два года, а часть документов оставалась недоступной даже по истечении трех лет после изъятия.
Итоговый тезис авторов документа заключается в том, что следствие лишь бесконечно расширяет круг обвинений, не имея возможности подтвердить старые версии. Эксперты указывают на возникновение новых дел, базирующихся исключительно на предположениях о месте жительства бизнесмена, при этом сами следователи не пришли к консенсусу.
Если спустя более четырех лет ключевые налогово-правовые вопросы так и не удалось разрешить в пользу обвиняемого, это свидетельствует об отсутствии достаточных оснований для подозрения в совершении преступления.
